Огурец, как национальное достояние и его тернистый путь к обеденному столу

31 Октября, 2017
легкая Обложка ¦3-2017.jpg
49.jpg
50.jpg
51.jpg
52.jpg
53.jpg
54.jpg
55.jpg
56.jpg
57.jpg

Огурец, как национальное достояние и его тернистый путь к обеденному столу.

 

Четверть века назад, в самом начале 1990х годов ОАО «Буйский химический завод» выбрал одно из направлений своей деятельности – производство удобрений и сразу экспортной направленности. Соучредителем производства была итальянская компания «Венета Минерария». Итальянцев интересовали только органо-минеральные удобрения на основе торфов глубокой степени разложения. Пройдя определенную школу, связанную с минеральным питанием сельскохозяйственных культур в содружестве с такой уважаемой и авторитетной итальянской компанией, было решено расширить спектр деятельности. Так выбор пал на производство водорастворимых удобрений, которые по всему миру уже широко применялись, особенно в условиях жаркого климата и стали частью капельного орошения. В защищенном грунте на то время они составляли основу минерального питания.        В середине 90х на водорастворимые удобрения начал переход и тепличный комплекс России. Появился и у нас интерес принять участие в этом новом проекте. Вот уже более 20 лет наши судьбы связаны. Завод живет интересами и проблемами «Ассоциации «Теплицы России». Делает все необходимое для обеспечения тепличного комплекса минеральным питанием. Многое явно получилось! Вместе с тем, мы понимаем, что процессу совершенства нет предела и продолжаем напряжённую работу без головокружения от имеющихся результатов. 5 – 6 сентября текущего года прошёл семинар с агрономическими службами «Ассоциации «Теплицы России». Мы с удовольствием показали цеха завода, в которых производятся соли азотной, серной, фосфорной кислот, микроэлементы хелатных форм, многое другое. Одну из лучших лабораторий, оснащенную передовым аналитическим оборудованием. А сейчас по результатам встречи есть желание поделиться своим взглядом на роль огурца в многоплановой экономике нашей России.

Сегодня тепличный комплекс России активно развивается: площадь зимних теплиц составляет 2376 га, валовое производство овощей 813, 7 тыс. тонн, численность работающих более 50 тыс. человек и это развитие имеет вполне конкретную основу. Стоит сказать, что совсем недавно сотни гектаров теплиц терялись отнюдь не из-за людей, работающих спустя рукава. Причина былых потерь кроется в неограниченной жажде некоторых участников производственных отношений быть богатыми за счёт загнанных в тупик партнёров по бизнесу, то есть исключалась сама основа партнёрских взаимоотношений. В более развернутом и глубоком анализе сложившейся ситуации очевидным становиться то, что рубился сук, на котором сидят сами диктаторы цен и условий. В результате этого, многие тепличные комбинаты, державшиеся до последнего, пали жертвой обстоятельств, оставив после себя лишь покорёженное железо, груды битого стекла и воспоминания очевидцев. Как ни цинично это звучит, но только через гибель их гектаров становилась понятной и осязаемой возможная участь всех тех, кто работает в отрасли защищенного грунта. Перекрытием газовой задвижки и отключением электрического рубильника решалась судьба должников в сезон, когда 4 мм стеклянного укрытия отделяли растения от тридцатиградусного мороза. У директора тепличного комбината на тот момент в качестве платежного средства нередко была только огуречная завязь. Так выводились из строя дорогостоящие производства, не подлежащие последующей реанимации.

Хорошо известно, что структура затрат отрасли говорит о попадании ее в зависимость от энергетических монополий. Можно было бы и не ворошить прожитый период, но наше постоянное движение по замкнутому кругу не исключает повторения ситуации «след в след». Стоит признать, что все, кто выстояли и продолжают развитие, сделали это не благодаря, а вопреки сложившимся условиям. Вместе с тем события распорядились таким образом, что и желаемые условия подоспели. Они укладываются в неожиданную, но простую и признанную сегодня формулу «Санкции – ответные меры». Потенциал этой формулы, надо полагать, невелик, имеет свой предел и долгосрочным вектором развития экономики быть не может, однако, глубина эффекта будет зависеть именно от «Ответных мер». В конечном итоге потеряв своё первичное предназначение они должны трансформироваться в незыблемую позицию, подкрепленную развитой экономикой, способной противостоять экспансии зарубежных товаров на основе рыночных принципов. Общий результат и польза от работы по этой формуле тем выше, чем более сбалансированно и комплексно будет происходить строительство экономики на макроуровне. Но этого пока нет. Нужно осознать, что только анализ всей цепи экономических взаимоотношений позволит определить место и роль каждого из нас в едином экономическом пространстве – в том числе, с учётом внешних связей.

   Для образного восприятия можно привести в качестве примера ситуацию, в которой оказались производители удобрений. На прилавке необходим огурец, для появления его на свет необходимы удобрения, а для производства удобрений нам нужно сложное химическое оборудование на основе современных материалов. Однако химического машиностроения в России нет. Оно есть в мире, но тот мир, который его имеет, повернулся к нам спиной. Стоит задача мобилизовать ресурсы для производства удобрений на уровне предприятий и внести свой вклад в «ответные меры». Наш ресурс на предприятии – бригада слесарей-умельцев, но это далеко не уровень министерства химического машиностроения или любой другой структуры государственного масштаба способной решать машиностроительные задачи. Так что принятыми антисанкционными мерами сегодня сняты лишь легкие сливки, и нам только ещё предстоит шагнуть в глубину производственных процессов.

Что же мы имеем в действительности? Насколько происходящие процессы взаимосвязаны и управляемы на уровне макроэкономики? Огурец, выращенный в Вологде, по цене всегда проиграет огурцу, выращенному в средиземноморском климате. Не углубляясь в суть вопроса легко решить, что огурец на прилавках Вологды, должен быть, из Турции. Один из политиков озвучил близкий к этому подход сказав, что нет смысла заниматься тепличным овощеводством в России, сжигать газ и электроэнергию, ведь траву-то мы всегда привезём из мест ее круглогодичного произрастания. Очень простое, легкое и доступное для восприятия предложение!? Какой молодец! Газ – это сила! А огурец ничто – трава… В связи с этим, стоит напомнить, что вся энергия, получаемая живущими на планете и непосредственно человеком фотосинтезируется растениями, т.е. травой – первым звеном пищевой цепи. Значит «трава» является основой жизни на Земле и очень давней прародительницей газовых месторождений, впитавшей энергию Солнца, определённая роль которого благодаря современным технологиям тепличного овощеводства возложена на электродосветку. Так что своим существованием мы обязаны поклониться, прежде всего Солнцу,   воде, минеральным элементам и траве, которую они взрастили.

В ответ на приведенное выше политическое верхоглядство рассмотрим ситуацию с огурцом ещё глубже. В структуре цены вологодского огурца находятся вклад российской науки и образования, селекционеров и семеноводов, работа тех, кто строил, и оборудовал теплицы, и тех, кто сегодня их обслуживает, поставляет удобрения, воду, тепло, электроэнергию. Сколько налогов поступило в государственный бюджет от всех соучастников процесса еще до того, как огурец поступил на прилавок! В Вологде своей ценой он обрел интегрированный показатель труда сотен коллективов России. Что дал нам Турецкий огурец? Он пришёл, а деньги ушли. Научная и производственная «кухня», а также «кухня» всей экономики в целом получила развитие на турецком берегу. С другой стороны, понятно и то, что цитрусовые под Вологдой плодов не дадут и появление их из Турции, рядом с Вологодскими с огурцами, объективная реальность. Ее необходимо принять и развивать торговлю.

Необходимость отказаться от импорта всего того, что дает развитие промышленности в самой России является не элементом торговой войны и не элементом протекционизма, а глубинной сутью всей экономики. Формула, которая упомянута выше, в конечном итоге перестанет нести на себе функцию ответных мер, даже при том, что санкции не будут отменены. Как поступать дальше? Удар на удар – краткосрочное явление, но оно обязывает нас вспахать своё не только аграрное поле, но и поработать на поле Российской промышленности. Начинать надо с развития и совершенствования внутреннего рынка, а если и сохранить ответные меры, то это и для работы на полях тех экономик, которые инициировали санкции против России. Почему бы и нет? Главная ответная мера – это спокойно и грамотно организованная экономика с прогнозируемым завтрашним днем, стабильными, понятными правилами игры, задействием ресурсов, по наличию которых Россия всегда была и остается мировым лидером. Однако природные ресурсы, которые являются нашей гордостью не заслуга существующих производств, а даны нам Богом. Ресурсы должны мобилизовать нас, а они донельзя расслабили. Уместно заметить, что то, как мы используем   данное нам Богом очень похоже на банкет, где стол ломится от яств. В каждое из блюд запущена ложка, побывавшая в соседнем блюде, содержимое которого сильно отличается по составу. Гости пресыщены, стол потерял привлекательность, много на нем объедков, хочется помыть посуду и пересесть за другой стол, но другого стола нет. С банкета можно удалиться. А мы куда уйдем с нашей земли? Грамотное же использование природных ресурсов приведет к высокому результату, а в круговороте веществ ещё и к их возрастанию, которое возможно получить только в земледелии. Вместе с тем   надо глубоко знать как это устроено природой в системе «почва - растение» и научиться следовать её законам. Грех не воспользоваться этим.

Движение и развитие материальным ресурсам дает прежде всего, управленческий ресурс, от взвешенности которого зависит стабильность и развитие экономики в целом. Невидимая рука рынка содействует только видимым и грамотным управленческим решениям, но, если уровень решений не отвечает возникшей задаче и не учитывает всех особенностей момента, то эта самая невидимая рука рынка из содействующей превращается в бьющую по любой части тела и так больно ударяет, что от её невидимости на теле экономики появляются хорошо видимые гематомы. Нужно ли приводить примеры? Все вместе можем назвать их тысячи!

         Важнейшим инструментом в выборе управленческого решения является управление денежными потоками в многофакторном и взаимозависимом производственном процессе. Надо знать, а усилится ли поток от очередного брошенного в него рубля или испарится и подсушит денежный оборот. Для таких почетных и деликатных функций у нас есть два министерства: финансов и экономразвития в связке с минпромторгом. Это означает, что рулить потоком есть кому. Главное правильно выбирать русло, по которому направить поток. Невидимая рука рынка всегда отреагирует видимыми результатами на вполне опять-таки видимые расчеты объективной цены конечного продукта и входящих в неё монопольных составляющих, которые в итоге могут принести развитие или урон бюджету и всем участникам многопланового процесса, включая самих монополистов. Содействуя определению объективной, приемлемой цены на энергоносители для таких энергоемких производств, как тепличное растениеводство, государственным экономическим институтам необходимо учитывать много факторов, которые напрямую невидны и как бы не участвуют в процессе, но косвенное их участие настолько велико, что без подобного учета рушится весь порядок на более ранних, или завершающих стадиях. Эти факторы можно отнести к факторам второго порядка, но не учитывать их нельзя, они как тыл на фронте – в бою не участвуют, но сражение без них будет проиграно. При проигранном сражении погубим и тыл, всё взаимосвязано. Вновь обратимся к образу на примере близком для обсуждаемой темы – в бою за урожай мы участвуем напрямую своими удобрениями, но в случае их невостребованности мы в свою очередь откажемся от услуг десятков других соучастников, которые по цепочке сигнал остановки передадут другим уже сотням, а говорим : «Трава…».

Продолжая тему ответственности и значимости управленческого ресурса на фоне рыночных хитросплетений, понимание которых очень помогает в принятии управленческих решений. Любая, в том числе сверхразвитая экономика сильна только грамотными целевыми решениями и их безупречной реализацией. Рынок не саморегулируемая система, он способен только подавать сигналы красного, желтого или зеленого цвета, далее дело рук рулевого. Весь рыночный процесс – это цепь стратегических решений, и решений краткосрочного корректирующего характера, осознания своего места и положения в составе небольшого предприятия, или в системе глобальной экономики.

         Мы, производственники, оказались в шоке, от услышанного и потом многократно повторенного, что наша экономика не дает роста и падает только потому, что не достигла дна. Подумать только, у штурманов экономики государственного масштаба появилась цель опуститься на дно. В мировую экономическую мысль введено новое понятие – «залегание на дно». А мы протестуем против санкций…? Санкции и объявляются только тем, кто решил обустроиться на дне. Дно может оказаться илистым и велика вероятность увязнуть в донных отложениях. К тому же мы не знаем насколько глубока впадина, над которой зависла субмарина нашей экономики. Может быть она не выдержит всей толщи решаемых экономических проблем, при условии опускания ещё ниже на поиск дна и будет раздавлена. Значит всплывать требуется немедленно, а за дно необходимо принять день сегодняшний, прекратить его поиск и начать   подъем.

К великому своему сожалению   скажу, что оценка экономической ситуации через данный образ характеризует позорную и пораженческую позицию - вот это и есть «трава» в худшем понимании этого слова.

Через какие этапы прошло наше небольшое предприятие обеспечивая свой вклад в сохранение и развитие тепличного комплекса России? В себестоимости овощей удобрения составляют от 3-х до 5% затрат и монопольного влияния на процесс выращивания мы не оказываем.Вместе с тем без минерального питания огурец не получить.

В середине 1990х годов завод произвел первые 500 тн сульфата магния – это был стартовый продукт, который предприятие начало поставлять тепличным комбинатам для технологии капельного питания овощей. Потребители высоко оценили его. В народе говорят: - «Первая ласточка весны не делает». Однако в первой нашей ласточке удалось разглядеть предвестника целого производственного направления для нужд защищенного грунта. Четверть века назад при переходе грунтовых теплиц на малообъемные технологии вся потребность в удобрениях закрывалась импортом. Необходим был отечественный аналог всего комплекса минерального питания, который позволил бы защитить отечественный рынок, в том числе и от непрогнозируемых скачков цен.

Для успешного решения задач нам требовалось увеличить ассортиментный состав водорастворимых удобрений более чем в 20 раз, а объем производства немного нимало в 100 раз. Сегодня эта задача решена – 50-70 тыс. тонн в год стали объективной реальностью. Только при подобных результатах и соответствующем качестве, мы могли рассчитывать на конкурентные преимущества в борьбе с транснациональными компаниями на своем российском рынке. Термин «импортозамещение» в то «далекое-близкое» время не был в ходу, его просто не существовало, тем не менее уже тогда становилось ясно, что попадание в зависимость от импорта является тупиковым вариантом в развитии тепличного овощеводства. Стояла задача сработать на опережение и зависимость эту не допустить. Естественно, при решении подобных задач нам хотелось иметь союзника в лице государства. Сотрудничество это могло выражаться в формировании госзаказа и на этой основе получить определенные преференции. Подобное означало бы, что нас заметили, оказали организационную и моральную поддержку и это бы дорогого стоило, даже без денег.

         По факту пришлось преодолевать барьеры, которые сравнимы с санкциями , но уже внутри страны. Санкции из-за бугра вызывают здоровый азарт, здоровую злость и соревновательность. Куда сложнее с непониманием и глухотой при строительстве взаимоотношений внутри страны, когда очевидные вещи не принимаются, а навязываются лишенные здравого смысла, злость при этом появляется, но уже не совсем здоровая. Хуже всего, если она перерастает в разочарование и безысходность, тогда не до азарта и соревновательности. Система государственной регистрации удобрений проходит по единым правилам с пестицидами. Удивительно, кому это пришло в голову объединить питание растений – минеральные элементы созданные самой природой и ядохимию одним законом в один регистрационный процесс?

         Наша задача, как химиков, при производстве удобрений повысить их концентрацию, изымая баластные составляющие из природного сырья, делая более растворимыми и доступными ДВ для усвоения растениями. В природной среде растения всё это совершают без участия человека, порой закрепляясь на скальном грунте и Севере диком. Мы своими технологиями, ставя целью получить от растениеводства высокий результат, делаем это в химических реакторах и уже в агротехнологиях помогая растениям ускорить, сделать более глубоким процесс усвоения элементов питания. Ясно одно, что подготовившие такой Закон и принявшие его, видимо, не учли всех особенностей природных явлений, и их связи с промышленным аналогом потому и уравняли в одном Законе синтез ядохимии с элементами минерального питания исходя из принципа, что химия там и там. В этой связи уместно напомнить, что человек сам сплошная химия, а чистейший воздух и родниковая вода – тоже химия. В жизни случается так, что кому-то из нас недостает кальция, калия или магния, других элементов, как и огурцу, но тем кто   работал над законом, определяющим порядок работы на рынке удобрений, принимал его, явно на тот момент не доставало фосфора.

Сама система государственной регистрации при всей своей строгости и забюрократизированности устроена таким образом, что любой продукт можно зарегистрировать и пустить на рынок не имея при этом даже самого производства, лаборатории (в химии это вообще нонсенс работать без анализов) и специалистов. Плати деньги за регистрацию и активно содействующие этому процессу найдутся, даже в очередь встанут с целью заработать. Этим моментом широко пользуются так называемые производители удобрений для любительского садоводства и огородничества. Садоводы и огородники верят этикетке-дурилке, утвержденной госрегистрантом, потому и появились отдельные удобрения луковые, чесноковые, реповые, хреновые и т.д. Признаюсь, и мы втянуты системой в этот процесс, внутренне протестуя, но подчиняясь его правилам, иначе продажи встанут.

Принятый закон и определенный им порядок регистрации удобрений не решают декларируемых задач. Однако только пролонгация существующих разрешений и регистрация кальция азотнокислого в период пика антисанкционных мер обошлись заводу в 15 млн. рублей. Это большие деньги, которые и можно характеризовать, как внутрироссийские санкции. Есть основание полагать, что регистрация сама по себе является для кого-то доходным бизнесом, потому и действующая система настолько монолитна и устойчива, а решает ли основополагающие задачи, для которых она задумана, это уже дело десятое. Сертифицированным, прежде всего, должно быть само предприятие и только оно имеющее лицензию на производство может получить право подать заявку на регистрацию какого-либо агрохимического продукта. При отсутствии подобного подхода мы вольно или невольно в отсроченном порядке, готовим почву для работы санитарных и медицинских служб, что ещё хуже МЧС. Потом, в случае чего, разводим руками – недо-конт-ро-ли-ро-ва-ли. Смотреть же надо в корень и самый лучший контроль, это самоконтроль, но до этого необходимо дорасти каждому, опять-таки, через созданные для роста условия. Существующий порядок контроля и контроля над контролем делает систему неповоротливой, не способной реагировать на требования времени, а в конечном итоге и бесконтрольной.

Если бы это был единственный пример? Дорогу к отечественному огурцу мы торим поставляя удобрения и почвогрунты для рассады нашим российским огородникам, которых целая армия – их миллионы.

         Так вот каждый отгруженный вагон или пакет почвогрунта должен быть сопровожден фитосанитарным сертификатом. Это требование обосновано, нами понимаемо и всячески поддерживаемо – зараза, если она имеется, должна быть локализована. В связи с этим напрашивается вывод глубокой диагностики всего технологического маршрута прохождения торфа при производстве грунта, включая источник его добычи. За 50 лет разработок болота при множестве лабораторных проверок замечаний не имеем. Годовой объем почвогрунта подготовлен на площадке для дальнейшей его фасовки – проверяй подготовленную партию, анализируй и дай заключение на весь объем о фасовке или её приостановке. Ничего подобного… Фитосертификат необходимо получать при каждой отгрузке, каждому покупателю в областном центре, предоставив образцы на проверку. Для работы по такой схеме завод вынужден приобрести специальный автомобиль, т.к. пункт по выдаче сертификатов находится за 100 км с лишним и гонять его туда-обратно. Статистика говорит о том, что получено было около 3000 разрешительных документов на один и тот же продукт! Такой бесполезный труд находится за гранью разумного. Напишу словами – «около трех тысяч сертификатов», ибо можно принять, что запутался в нулях. Автомобилем, доставляющим документы, пройдено за это время около миллиона километров. Это видимость работы, это видимость исполнения закона. Работа для всех превращается в нудный штамп и становится уже не до анализов и фитобдительности. Вместе с этим в ней крутятся деньги за выписанные сертификаты, они-то и являются двигателем процесса.

         Наше предложение делать более глубокий анализ и давать одно заключение на партию не принимается. За отступление от правил – штраф, ссылка на Закон аргумент железобетонный, делайте два рейса в день, если потребуется и делали. С некоторой надеждой на изменения признаюсь, что к моменту написания статьи нас после многолетних мытарств, вероятно, поняли по результатам вмешательства губернатора области.

         На получение права производства удобрений ушли не только большие деньги, но и время в период которого десятки тысяч тонн агрохимии импортированы в Россию, а это уже сложно оценить только денежным эквивалентом. Это потерянное время на слушания, объявления в прессе и прочую ерунду, оно уже не возвратится.

         При том, что нельзя огульно противостоять импорту и неправильно было бы слепо впадать в эйфорию от растущего экспорта. Все зависит от того, что уходит туда и что приходит к нам. По определению, то и другое обязано приносить государству пользу в виде налогов и пошлин экспортируясь или оставаясь на внутреннем рынке. Вместе с тем это всего лишь фискальная часть обмена товарами, экономика сборов и поборов, которая не придает динамики производству. Для латания бюджетных дыр это вполне достаточно. Однако же хочется прогуляться в новом кафтане, а не только латать дырявый.

         Рассмотрим опять на примере Буйского химического завода: нам не раз поступали предложения работать по схеме всего двенадцати платежных документов в год. Что это значит? Суть предложения в том, что некая коммерческая фирма в начале каждого месяца производит предварительную оплату за всю продукцию производимую заводом, но по исполнению месячной программы согласованный ассортимент уходит на экспорт, в частности в Марокко. При установившемся соотношении рубля с долларом предложение более чем заманчиво при 100% предоплате. С позиции бизнесинтереса надо бы давать согласие. Однако заводом в этом случае дан был   однозначный отказ. Почему? Только потому, что при выборе ответа нами руководило чувство корпоративной ответственности за тепличный комплекс России, который мы не имеем морального права взять и предать. При том, что в финансовом плане своим решением завод проиграл, но интересы своего стратегического партнера поставил выше сиюминутных. В надежде, что в перспективе принятое решение принесет пользу и заводу.

         Где же в этом поступке возможное участие государства и скрыт дьявол его интересов? Да он в общем-то навиду. Опять-таки для примера, суть которого в том, что применение наших технологий минерального питания   в различных почвенноклиматических условиях открытого грунта и в зависимости от сельхозкультур на рубль затратный дает эффект до 100 рублей – это установлено государственными испытаниями и всей производственной практикой.

         Заинтересовано ли государство знать подобных куриц и яйца приносимые ими оставить дома, полагаю, что да! Задача удвоения ВВП, вероятно, сохранилась и потенциал таких продуктов может быть востребован на внутреннем рынке. Может быть поставить шлагбаум на экспортном направлении для товаров упомянутого значения? Это будет самым неверным решением. Значит надо находить экономические стимулы через интерес. За основу расчета и принятия решения в нашем случае надо взять две цифры: первая – что приобретаем экспортируя и вторая – что теряем при этом, недополучая урожай у себя дома.

         Через расчеты мы увидим - большое не вовлечённое в оборот экономическое поле, которое могло бы приносить ощутимые доходы всем участникам производственного процесса и первоочередно государственному бюджету, но на сегодня это шкура не убитого медведя. Если появятся правила охоты на медведя и цель будет достигнута, то с этого момента экономика латания дыр только на экспортном направлении сделает шаг к экономике пошива новых кафтанов.

         Грамотное партнерство бюджетов предприятий и государственного бюджета может сделать нашу экономику динамично растущей.

         Сегодня и значение импорта для химический промышленности, при уровне отечественного машиностроения невозможно переоценить. Только благодаря импорту из Германии, Италии досанкционного периода и сегодняшнему сотрудничеству с Китаем нам удалось получить имеющиеся результаты, этим все сказано. Так что выборочность и индивидуальный подход в импортозамещении, а не отказ от него остаются очень важными условиями успешного сотрудничества с зарубежными компаниями и на этой основе всего нашего развития.

         Естественно, что огурец по теме статьи «Огурец, как национальное достояние…» взят в качестве символа российского растениеводства. На растениеводство в данный период фактически возложены функции защиты российского продовольственного рынка, функции его обороны. При этом, экспорт продовольствия в денежном выражении стал сравним с экспортом оружия. Это значит, что от оборонных, антисанкционных задач сельское хозяйство переходит к решению задач более высокого порядка – задачам наступательного характера. Министерство сельского хозяйства может стать министерством наступления. На будущее тепличного комплекса России вполне логично смотреть через призму тарелки со свежими овощами,- насколько часто и полно будут заполняться 150 миллионов тарелок. Инвесторами становятся не те, кто построил теплицы, а те, кто будет покупать овощную продукцию, уровень их активности будет определяться уровнем покупательной способности. Тарелка с овощами может стать объективным индикатором уровня экономики в России и быть возведена в ранг национального достояния. Такое национальное достояние будет более высокого уровня, и его оценка более объективной, чем та, которую вещают сегодня с телеэкрана. Делать это надо с теми, кто уже сегодня позиционирует себя национальным достоянием. Пусть будет у нас прирост национальных достояний! Время покажет, а справимся ли мы, казалось бы, с такой простой задачей, как ежедневная тарелка салата на столе россиянина, да ещё сдобренная сметаной? Чего бы проще…?

         Во всей нашей работе волнует и тревожит только одно, что все наболевшие вопросы – выделения квартиры потерявшему жильё в результате стихийного бедствия, обеспечения спасительной лекарственной таблеткой заболевшего, ремонта в подъезде, приобретения инвалидной коляски, обустройство детской площадки и т.д., можно решить только связавшись по прямой линии с Президентом страны. Очень хотелось бы вырастить огурец и всех его собратьев по фотосинтезу силами участников технологического процесса, при полном понимании каждого своей роли в этом непростом деле, а Президент об этом узнал бы из доклада близких ему подчиненных – «Страна на завтраке с салатом!»


You can download the English version of the article here: Cucumber as a national treasure and its thorny way to the dinner table

Автор: Ладухин Анатолий Георгиевич
Статьи
15 Мая, 2019
Импортозамещением мы занимались с самого начала работы завода
К производству удобрений на Буйском химическом заводе Костромской области приступили 25 лет назад, и все это время мы тесно сотрудничаем с тепличными хозяйствами
Статьи
24 Апреля, 2019
Хелатные микроэлементы Хелатэм™, как элемент прогрессивной технологии питания растений
журнал "Теплицы России" №1 2019 г.
Статьи
21 Января, 2019
Выращивание многолетних и однолетних трав на сено сенаж и пастбища
Собственная заготовка кормов, для предприятий занимающихся животноводством, значительно снижает себестоимость готовой продукции